Евангелие (Ин 3,13-17)
В то время: Иисус сказал Никодиму:
- Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах. И как Моисей вознёс змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасён был чрез Него.
Комментарий к Евангелию
Евангелие праздника Воздвижения святого креста включает отрывок из беседы Иисуса с Никодимом, одним из знатных жителей Иерусалима, который приходит к Нему ночью. Хотя Никодим — «учитель Израилев» (Ин 3,10), он идет к Господу с почтением, привлечённый Его внушительным обликом и проповедью, исполненной властности и мудрости. Слова Иисуса глубоки и требуют от нас внимательного и смиренного слушания, подобного слушанию Никодима.
Отрывок содержит много упоминаний сопоставления «верх/низ» и действий восхождения и нисхождения, имеющих большое богословское содержание. «Вышнее» — это область Божественного, Небо, где пребывает Отец, откуда пришёл Сын, Который нисходит в мир, в ограниченную область людей, чтобы стать одним из нас; и отсюда, снизу, Он возвращается торжествующим к Отцу, с нашей прославленной и воспринятой человеческой природой, как скажет Сам воскресший Иисус в конце Евангелия: «восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему» (Ин 20,17). Благодаря делу, совершённому Иисусом, люди смогут иметь жизнь вечную и спасение.
Вся эта тайна возможна потому, что Иисус позволил вознести Себя на крест, парадоксальным образом превратив в возвышение ужасное и унизительное действие — поднятие распятых, чтобы их видел весь народ. Вершина Его поражения в глазах мира становится образом Его торжества в глазах Отца и потому источником спасения для людей. В этом видно, сколь возлюбил Бог мир (Ин 3,16).
Чтобы кратко объяснить это Никодиму, Иисус ссылается на известный эпизод о медном змее, содержащийся в книге Чисел (21,8–9). В том отрывке Бог повелевает Моисею сделать медного змея и выставить его как знамя, чтобы народ в пустыне взирал на него. И как израильтяне, ужаленные змеями, парадоксальным образом получали спасение и исцеление, взирая на вознесённого змея, так и люди, погружённые в грех, могут обрести спасение, взирая на Того, Кто вознесён на крест, словно злодей и грешник.
Размышляя о празднике Воздвижения креста, который мы отмечаем сегодня, папа Франциск однажды так объяснял отрывок из диалога Иисуса с Никодимом: «Некто нехристианин мог бы спросить нас: зачем “воздвигать” крест? Мы можем ответить, что мы воздвигаем не любой крест и не все кресты: мы воздвигаем крест Иисуса, потому что в нём предельно открылась любовь Бога к человечеству. Именно об этом напоминает нам Евангелие от Иоанна в сегодняшней Мессе: „Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного“ (Ин 3,16). Отец дал Сына, чтобы спасти нас, и это подразумевало смерть Иисуса, и смерть на кресте»[1].
Затем Франциск задавался вопросом: «Почему был необходим крест?» — и отвечал: «Из-за тяжести зла, поработившего нас. Крест Иисуса выражает и то и другое: всю негативную силу зла и все кроткое всемогущество милосердия Божия. Крест, кажется, определяет поражение Иисуса, но в действительности являет Его победу. На Голгофе насмехавшиеся над Ним говорили: “Если Ты Сын Божий, сойди с креста” (ср. Мф 27,40). Но истинным было обратное: именно потому, что Он — Сын Божий, Он был там, на кресте, до конца верный замыслу любви Отца. И именно поэтому Бог превознёс Иисуса (Флп 2,9), дав Ему царственность вселенскую»[2].
[1] Папа Франциск, Angelus 14 сентября 2014 г.
[2] Там же.